Exploring Patagonia | Ящер


Уже при свете луны возвращаюсь в лагерь. Тропинка вьется вдоль лагуны Капри, а взгляд мой прикован к мистической вершине. Форма этих скал напоминает мне хребет задремавшего ящера. Будто реликтовый зверь залёг в тысячелетних льдах, небрежно ткнув в землю каменной мордой. Уснул. В такт его неторопливому дыханию сменяются здесь времена года.Collapse )

Exploring Patagonia | Вверх


Часто приходится слышать, какая не простая штука жизнь, что все так постно, однообразно, беспросветно. Что существование больше похоже на бесконечные блуждания по тёмным балкам да кулуарам под бесконечно моросящим дождем.

Эй, путник! Так что ты делаешь там, внизу? Где ты растратил эмоции и позабыл аромат странствий? Оглянись - вокруг тебя вершины возносятся вверх. За пределами привычного пространства есть другие миры! Разрушь унылое однообразие. Прочь с проторенной тропы. Уныние коварней жажды. Ничто не губит столь же неотвратимо, как Зона комфортного постоянства.Collapse )

Exploring Patagonia | Неожиданная встреча


Иные островки цивилизации бывают вполне притягательны визуально, будучи помещены в масштабный и драматический природный экстерьер. Они задают верное ощущение пространства и подчеркивают размах нерукотворной сцены.

Примерно так думал я, впотьмах шагая узкой тропой вверх по склону. Небо было плотно затянуто облаками, но я знал о полнолунии и надеялся на то, что суровая непредсказуемая погода этих мест таки побалует сюрпризами. Изредка оборачиваясь, я смотрел на огни хостерии Pehoe, приютившейся на островке в центре одноименного озера. На фоне могучих горных вершин под непоседливым своенравным небом «ревущих 40-х» этот кусочек цивилизации казался особенно хрупким и недолговечным. Как будто духи этих мест дали ему лишь временное добро.

Перебравшись накануне из парка Los Glaciares, который я нашел существенно более диким и нелюдимым, чем эти места, я немного осмелел. Помню, как там мне не давала покоя мысль о ночной встрече с пумой, обитающей здесь повсеместно. В одиночестве возвращаясь после заката солнца к палатке или уходя еще до рассвета, очень неуютно чувствуешь себя один на один с дикой и незнакомой тебе природой за пятнадцать тысяч километров от дома.

К чему это – ходить в неположенное время в опасном месте в одиночку? Извечный вопрос противникам сидеть в четырех стенах. Интерес, глупость, ген путешественника – вот предпосылки. Однако, голодную кошку весом под сто килограмм вряд ли заинтересуют эти аспекты.

Помню, как первые дни засыпал в палатке тревожно, будто ощущая себя страусом, отгородившимся от опасности тонким капроновым пологом. Через несколько дней стало проще, начала просыпаться «чуйка» - она подсказывала, где ходить, куда не лезть. Зрение становилось острее, обоняние чутче.. Но все же, выходя иной раз под скалы и чувствуя резкий запах звериной лежанки где-то в десятке метров над головой, я ёжился от страха и быстро, но без спешки, убирался прочь.

На территории Torres del Paine мне показалось куда спокойнее. Ночью часто проглядывала луна, не более чем в двух километрах поблизости пролегала гравийка, иногда был слышен дальний звук проезжающего автомобиля или виден его пыльный шлейф. Где-то рядом точно были люди и это создавало ощущение, будто находишься на своей территории. Здесь я бывал на точках дольше обычного. Не раз и не два мне доводилось застать фантастически красивые метаморфозы природы уже после заката солнца, да и в целом ощущение большей безопасности этой части Патагонии в сравнении с предыдущей было как нельзя кстати: днем практически непрерывно лил дождь и погода менялась уже который день лишь под вечер.

Накануне заката я пробирался на запримеченные места, где мог, развалившись на камнях с рюкзаком под спиной, наблюдать красочные атмосферные представления, которыми широко известен этот край. Однако, на удалении пары километров от гравийки, на которой я оставлял машину и шел дальше тропами, я чувствовал спокойствие и безопасность ровно три дня. На четвертую ночь, как намек, что более расслабляться не стоит, меня ждала неожиданная встреча прямо на дороге. Это была встреча с пумой.Collapse )

Exploring Patagonia | На страницах ненаписанных книг


За окном беспросветно лил дождь и в ближайшие часы, а то и до самой ночи, небо не предвещало ничего хорошего. Комфортно разместившись в кресле арендованного авто, запаркованного в неприметном съезде с грунтовки, что протянулась на сотни километров через эти дикие места, под мерный звук барабанящего по металлу дождя я добросовестно пытался читать, однако страницы не клеились между собой. Они как будто были слишком далеки от моего теперешнего положения: книжный слог казался мне медленным, механистичным, безнадежно устаревшим, как и носившая его потрёпанная пожелтевшая бумага, взволнованная влажным климатом этих мест.

"Множеству книг не будет конца, и увлекаться ими - утомительно для плоти" - тысячу лет назад говаривал великий книжный ум. Определенно, он вещал эту истину на страницах очередного труда, и в этом обстоятельстве с долей иронии просматривалась еще одна жизненная коллизия, обилие которых до сих пор препятствует появлению исчерпывающе-корректного руководства "Как правильно жить".

Правильно жить - это так интуитивно, мимолетно. Попытайся выразить, и время, затраченное на описание правильности, в мгновение прольётся сквозь пальцы, а снаружи уже родится очередной - новый мир, но к нему точно так же случится не успеть подобрать нужных слов.

Днем ранее недалеко от моей стоянки я нашел это дерево. Оно задумчиво и своевольно властвовало над окружающей низкорослой флорой. Изломанное ветрами, обожженное пожарами, истерзанное стихиями. Непокорённое. Не раз я возвращался к нему и увлеченно читал в его мрачноватых, выбеленных изгибах скрученную в пружины волю и сокрушительную силу жизни. Будто передо мной был почтенный седовласый старец, не утративший стали мышц.

Здесь встречаются деревья твёрже камня. Закрепившись в породе сотни лет назад и получив мельчайший шанс выжить, они ведут ежесекундную борьбу за существование. По миллиметру в год тянут корни в расщелинах вулканической породы, разрывают в клочья тесный камень. Иные деревья куда сильнее многих людей. Однако, я вряд ли когда-нибудь встречу книгу с историями их жизни. И это хорошо.. По-настоящему интересные сюжеты можно найти лишь на страницах ненаписанных книг.Collapse )

Exploring Patagonia | Король леса



Поговорим немного о фауне Патагонии. Тук-тук-тук! Королевский магелланов дятел. Осознавая свою августейшую избранность среди прочих дятлов, эта особь с необыкновенным исступлением долбит лес, нарезая дупла по нескольку штук в одном стволе. Когда королевский магелланов дятел дырявит дерево с частотой не менее трёхсот герц, от одного взгляда на этот процесс у зрителя может закружиться голова. Если дятел замолк и не долбит, значит, он осматривается, ищет новое дерево. Тук-тук-тук! Collapse )

Exploring Patagonia | Дымящая гора


За пять прошедших дней исходил в окрестностях все тропы, но гора не показалась. Вновь шагать потемну до лагеря, где несколько часов сна и ранний подъем. Под непроницаемыми свинцовыми облаками к вечеру часто становится неуютно. Который день солнце садится по ту сторону хребта, но ни единой краски не пробивается сквозь тяжелое небо. В сумерках неумолимо гаснет свет, да прибавляет оборотов ветер. Суровый патагонский ветер не особенно деликатен и днем, но после захода солнца он буквально срывается с цепей: свирепствует в долинах, сбивает с ног, пробирается сквозь молнии и застёжки, похищая остатки драгоценного тепла.

По ту сторону кулуара, где лес укрыл скалы, находится мой лагерь. Громко сказано:) Одинокая палатка под сенью искорёженных ветром деревьев. Можно найти по gps, либо наобум выхватить в темноте фонарем яркий тент. Безумно прекрасное, уникальное место для исследования одиночества…

На вершине холма сейчас, после заката, ловить нечего, но я все же поднимаюсь сюда из любопытства. Набрать сотню метров высоты означает согреться. Иду в фарватере крупных деревьев и камней.

Наверху, в убежище из валунов, скину рюкзак и прильну спиной на массивную гранитную твердь. Очередной порыв ветра ударит по ветвям, взбаламутит листву, через мгновение растворясь вдалеке. А голова лёгкая, ясная. Могучие и чистые природные энергии этих мест без труда проникают во все закоулки сознания.

Внезапно неведомая сила потянет в сторону свинцовое покрывало, распахивая небо догорающим закатным краскам, и Дымящая гора на минуту проступит вдруг в облаках, милостиво приоткрывая свой монументальный лик.Collapse )

Exploring Patagonia | Ледник Perito Moreno


Ледник Перито Морено - один из трёх неотступающих ледников Патагонии. Стена льда высотой, в среднем, около 60 метров. Несмотря на статичную композицию снимка, кое-что все же выдаёт суровый нрав этого дремлющего ледяного зверя.

Белая дымка у подножия ледника - водяная взвесь, поднявшаяся в воздух после того, как многотонная глыба льда откололась и рухнула в воду озера Архентино. Похожий на раскаты грома грохот на десяток километров оповестил об этом окрестности природного парка Лос-Гласиарес.

Через пару минут вода у берегов вскипит, плавающие льдины будут вздыматься вверх более чем на метр и сталкиваться с громким стеклянным звуком, а точку съемки захлестнет волной. О том, что это уже происходило неоднократно, говорит вода на переднем плане. Самое время уносить ноги!Collapse )

Exploring Patagonia | Людоеды


Среди ночи я вероломно забрался на чью-то территорию. Ехать по серпантину девяносто километров до города решительно не было сил. Закат на леднике я встречал в одиночестве - свет был тёплым и нежным, и место, как бы его назвали иностранцы - "spectacular". Часы пролетели незаметно. Но как только солнце село, включился пронзительный холод и прервал мое медитативное состояние. Ночевать в машине на обочине не хотелось, и я решил поискать съезды с шоссе.

Благодаря тому, что вдоль каждой дороги в Патагонии тянется бесконечный забор, отыскать хорошее место не так-то просто. В результате я уже впотьмах ехал по грейдеру одной из боковых дорог, а слева и справа был этот идиотский нескончаемый забор. Отсыпка грейдера не позволяла даже на полкорпуса съехать с дороги. Глаза слипались, а я все ехал и ехал. Клубы пыли растворялись в темноте позади. Лучше бы я выбрал город... Collapse )


Тайны церкви в Боголюбово



Очень многие посещают это место вечером в надежде сфотографировать церковь Покрова на Нерли в закатных лучах. Безусловно, в вечернее время здесь можно застать очень красивый свет, но происходит это довольно редко, так как церковь расположена в пойменной низменности.

Если вам повезло и на небе есть облака, закатное солнце подсветит их в последние минуты - так вы увидите яркий самобытный пейзаж. Но если небо безоблачно, свет покинет эти места еще за 20 минут до заката. Насыщенное красками небо будет совсем в другой стороне, а церковь будто потускнеет на глазах.

Как же увидеть Покрова на Нерли во всей красе? По незнанию или из-за лени, но люди не приходят сюда на рассвете. Между тем, именно рассветные минуты, на мой взгляд, в полной мере подчеркивают гармонию рукотворного и природного начал этого места. Солнце поднимается непосредственно за церковью и вся она оказывается в сиянии лучей. Туман создаёт мистическую атмосферу, стелется, играет со светом в прятки и каждую минуту всё меняется. Безусловно, раннее утро - моё любимое время здесь.

Приезжайте на рассвете, и вы не пожалеете. Не забудьте резиновые сапоги - буйные луговые травы всегда щедро укрыты росой. Collapse )

Жизни ход



Тысячи горных рек спускаются из-под тающих ледников к озеру Иссык-Куль. Несмелые, едва слышимые ручейки поутру и могучие, шумные, полноводные реки к вечеру жаркого дня. На заре им неподвластна и мелкая галька, но через полсуток решительные воды спрямляют русло, взрезая глинистые берега и обрушивая валуны. Вылизывая гранит до блеска...

Когда образуется затор из камней и коряг, река не медля пройдёт рядом. Проложит новый путь. Она не пасует перед преградой - её небольшая протока продолжит бег и через тесную запруду. Несколько лет вода будет сочиться сквозь ил, пока какой-нибудь трухлявый пень не треснет вдруг, разлетаясь на части, не в силах более бороться с волей стихии. С её жизненной силой, напором, уверенностью.

Тысячи горных рек спускаются из-под тающих ледников, меняя рельеф, до неузнаваемости преображая ландшафт. Создавая новый мир.

Сижу на берегу... учусь.