tibetmonk (tibetmonk) wrote,
tibetmonk
tibetmonk

Ночные беседы

Занималось утро. Я видел, как контуры города, живописно раскинувшегося среди высоких холмов на том берегу реки, приобретают все более резкие очертания, выплывая из ночных сумерек. Сейчас наиболее явственно мне была видна колокольня неизвестного мне храма, занявшего самый высокий из холмов. Это какой-нибудь монастырь, или лавра, или кремль… Я не знал точного названия. И, наверное, не так сильно хотел узнать, предпочитая просто быть без движения, смотреть расфокусированно вдаль и иногда замечать его. Это было чутко и очень органично. Мне трудно подобрать слова…

К слову сказать, я раньше никогда не бывал в этом городе. Прибыв сюда вчера вечером по делам, уже сегодня днем я должен был уехать обратно. Собственно, на знакомство у меня и оставалась только эта ночь, а теперь уже – лишь утро. За годы путешествий у меня сложилась простая и близкая мне схема. Я путешествовал на поезде, даже если приходилось ехать очень далеко, за тысячи километров. Как ни странно, я наиболее ценил в своей жизни именно это время - время, которое мне великодушно дарила дорога. Время, когда я покидал один город, но еще не появлялся в другом. Время, когда все остальные времена, все остальные мои жизни приостанавливались и ждали, покуда я окажусь здесь или там, и продолжу рутину. Будто бы я брал время из ниоткуда. Самолёт?.. Вы спросите, самолёт? А что самолёт… Для занятого человека он выгоднее, он экономит время? Какие-то глупости. Отговорка для тех, кто не способен сам распорядиться своим временем правильно. Времени никогда не будет мало для того, чтобы совершить то, что суждено. Другое время не имеет значения, поверьте. Да, я фаталист, извините …

По земле стелился плотный слоистый туман, похожий на ватное озеро. Пока не было слышно ни одного лишнего звука. Здешняя суета еще дремала. Нет, не Город. Город никогда не спит, у него нет этого человеческого, иногда вредного свойства.

Кстати, я люблю другие города. Преимущественно старые, с многовековой историей, где каждый камень мостовой, каждый изгиб улицы или угол дома исполнен мудрости, и Город готов ею делиться, готов рассказывать, лишь бы нашелся благодарный слушатель. Мне нравится быть слушателем. По этой причине я не люблю селиться в гостиницах, потому что они всегда и везде одинаковы… Они просты.

Я предпочитаю связываться с каким-нибудь из рекомендованных мне местных агентств недвижимости и находить через них квартиру на ночь. В старом доме, в старом городском районе. Как ни странно, но таких обычно хватает и мне удаётся без труда договориться с хозяевами. Я неплохо плачу, им это нравится. Прекрасно, когда все оказываются довольны, не правда ли?.. Как мало иногда нужно…

            Впрочем, вчера мне не очень повезло. Старая часть была там, на той стороне, и я мог лишь смотреть туда через оконное стекло. На этом берегу реки, разделяющей на две половины мой очередной Город, были новые районы. Типовая застройка, прямые улицы, квадратные коробки зданий. Скучно, но что поделать. Мне досталась квартира на восьмом этаже... Вчера, около двенадцати вечера, завершив дела и оказавшись дома, я вынул из кейса бутыль коньяка, вытер до хруста полотенцем пару бокалов. Среди трёх комнат отыскал эту, с чудесным видом на огни, откинул шторы. Подкатил к самому окну кресло и журнальный столик, и расположился. Многочисленные огни на том берегу горели ровно, или мигали в движениях остывающего воздуха, или гасли и зажигались вновь. Этот свет согревал меня, я чувствовал, как тело наливалось приятной тяжестью, похожей на усталость. Постепенно, когда меня перестали интересовать мелкие детали, я прекратил смотреть на них и взглянул в пространство среди них. Я любил это состояние, ощущение поиска собеседника.

- Ложись спать.. – вдруг произнес Город.

- Я не устал. Посижу.

- Спасибо... Я приметил тебя на вокзале. Ты не спешил, но я наблюдал, что ты остался доволен, что все успел. Ты деликатен, а когда двигаешься по улицам, учтив с ними. Мне показалось, что ты знаком с Городами.

- Да, это так. Здравствуй. – Я наполнил оба бокала и взял один, на секунду задержав его в воздухе, кивнув головой, словно приглашая пустоту присоединиться ко мне.

- Значит, я не ошибся. Что ж, за встречу. Перед тем, как сесть в такси, ты уверенно прошел несколько улиц и нашел Главное место. Я удивился, как ты понял это? – Город будто говорил сам с собой.

- Я слушал Эхо. Здесь удивительное Эхо, я не мог остановиться… Потом я поднимался туда, наверх, по…

- Андреевскому спуску…- подсказал Город.

- Да. Я нашел без труда… - произнес я, вспоминая звуки Города.

- Удивительно. Удивительная встреча! – я почувствовал, что голос его дрожит от волнения.

- Взаимно. Я думал, мне все сказало Эхо, на Месте, поэтому больше не искал тебя. Я был не прав. Но ты сам меня нашел. Спасибо. Иногда города не говорят, я пока не знаю почему. Ты совершенно другой…

- Я рад взаимопониманию. – Город удовлетворённо вздохнул. - А Города… Города устают. Ты знаешь, иногда мне становится жаль уходящих времён. Люди становятся более суетливы… Но идёт ли это им на пользу.. Я не знаю.

- А что же Баланс?

- Он вселяет в меня надежду. Достаточно часто, чаще, чем раньше, чем полвека назад, рождаются удивительные дети. У нас есть совет старейшин, им не безразличен город. Они присматривают за этими детьми. Я сообщаю им о каждом таком ребёнке, и иногда так получается, что дети  случайно общаются со стариками. Вот так у нас…

- Такое мудрое решение... А горожане? Что с ними?

- Я бы сказал, что все в порядке. Меняется власть, другие доходы, соблазны, цели. Люди уезжают в другие города, а оттуда, бывает, приезжают новые жильцы. В общественном смысле изменения огромны, сейчас нет многого, что было раньше. И наоборот. Но ты знаешь, люди не меняются сильно. И Ценности не меняются вовсе. Парадокс.

- То есть, они в достаточной степени самодостаточны?

- Да, это совершенно верно. Их нечему учить, у них все есть и они пользуются этим.

- Стало быть, они говорят с тобой?

- Не часто. Но бывает. Иногда человеку слишком сложно. Я вижу, что каждый и стремится, и ищет… Ищет доброту. Но вынужден выдерживать это все новое, современное. Темп жизни, кажется так это называется. Не понимаю этого термина… - Город на секунду задумался. – И когда случается несчастье, оно делает человека грубым. И люди боятся несчастья. Может быть, получается даже так, что иногда для них счастье – это просто бояться. А Истинное счастье уже не так ценно… Потому что они боятся перспективы его потери... И когда происходит потеря, им трудно говорить об этом друг с другом, потому что всегда остается тот, кто боится. Одинокие люди обращаются в никуда, в пространство, и тогда я могу говорить с ними…

- Темп жизни… У нас это синоним времени. – Я задумался и постарался представить в пространстве это ощущение. - Да, нам перестаёт хватать времени и мы постоянно что-то изобретаем, что-то новое. Будто бы революционное, что, якобы, экономит время. Ты считаешь, стоит более разумно использовать «блага» цивилизации?

- Да, это было бы неплохо. Возможно, это помогло бы остановиться и понять причину спешки.

- Но люди редко способны остановиться самостоятельно?..

- Да, к сожалению, редко. Что-то должно резко изменяться, выдёргивать их из «колеи». Я вспоминаю, как один человек был свеж и полон сил, вокруг него происходили знаки, но он был слишком увлечен «темпом жизни», чтобы замечать. Позже я услышал его обращение в пространство. У него обнаружилась неизлечимая болезнь, какая-то из тех, что позволяют с помощью медицины прожить еще десять-пятнадцать лет. И я видел, что человек остановился, но он не спрашивал, зачем. Не спрашивал, за что. Он просил только одного – понять. Он в одночасье стал мудр.

- Но люди все же чаще заботятся о других, чем о себе. – Заметил я. - В этом есть некоторая часть выгоды для них самих, но все же, в основном, они бескорыстны в этом стремлении. Например, забота о близких. Семья.

- О, да. Это удивительно. Мне тысяча лет, по-вашему, это огромный срок. А я иногда, наблюдая за детьми, учусь у них. Тысячелетие я учусь у ваших детей. И помогаю им, когда им нужна моя помощь. Так и они учатся у меня. Этот мир удивителен, в нем всегда есть место невозможному, если только не создавать изначально стереотип своего восприятия окружающего. Если оставаться гибким, подвижным, готовым к переменам, доверчивым к необъяснимому. Впрочем, ты должен и так понимать меня, ты же говоришь с городом… В вашем мире часто это могут счесть сумасшествием…

Некоторое время мы молчали. За окном было уже совсем светло, суета оживала.

- Приезжай. – Город произнес это с чувством.

- Да, я хотел бы этого. – Поддержал я.

- Люди стремятся вперёд. Развиваются. Прогресс. Но вы общаетесь все тем же старым способом, что и тысячелетия назад. Язык, слова. Нет, я не говорю ничего против, наоборот. Пользуясь этим «историзмом», вы рождаете музыку слов. Что мое Эхо до нее. Там в шкафу лежит книга с закладкой. Прочти на нечетной странице стихотворение, оно про вас… и про меня… Я счастлив, что вы создаете такое. До встречи…

 

Есть безделья, которые выше трудов,

Как монеты различной валюты,

Есть минуты, которые стоят годов,

Есть года, что не стоят минуты.*

 

 

А за окном начинался новый день жизни далёкого города.

 

 

___________________________

* Стихотворение Игоря Губермана.

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments